Tuesday, October 16, 2018

2019 annual program

Download the program
2019 annual theme:

Hybrid Conflicts and Diverse Societies: Civil Wars and Global Peace



In his famous Leviathan, published in 1651, Thomas Hobbes offered a pessimistic vision of the social condition: 

"Nature hath made men so equall, in the faculties of body, and mind … From Equality Proceeds Diffidence … From Diffidence Warre … Hereby it is manifest, that during the time men live without a common Power to keep them all in awe, they are in that condition which is called Warre; and such a warre, as is of every man, against every man. For WARRE, consisteth not in Battell onely, or the act of fighting; but in a tract of time, wherein the Will to contend by Battell is sufficiently known …. For as the nature of Foule weather, lyeth not in a showre or two of rain; but in an inclination thereto of many dayes together: So the nature of War, consisteth not in actuall fighting; but in the known disposition thereto, during all the time there is no assurance to the contrary. All other time is PEACE."

Hobbesian belief in the fundamentality of the war of “each against all” has repeatedly been challenged by other social thinkers (first and most famously – by John Locke). However, his truly systematic framework of analysis remains relevant to this day, suggesting the existence of a structural interconnection between the inclinations of individuals and the general state of society. Hobbes also demonstrated a way of thinking about social processes without drawing a rigid divide between “domestic” and “international” contexts, thus allowing the study of civil discord and a war with foreigners as analogous and often interconnected phenomena. This makes the three-and-a-half-centuries-old treatise, Leviathan, look surprisingly relevant today, especially given the propensity of modern historians and social scientists to rigidly segregate the continuum of social self-organization and disorganization into distinct departments of domestic and foreign policies, of conflicts and social cohesion. The point is, of course, not to call for a return to Hobbesian abstract generalizations. Rather, we need to contextualize and historicize the broad categories of “men,” “power,” and the like that framed Hobbes’s philosophical thinking. Moreover, these categories need to acquire the same multifaceted and syncretic meaning as the concept of “war” that was so keenly understood by Hobbes, who was writing his treatise during the decade-long English Civil War and under its direct influence. 
In 2019, Ab Imperio invites contributors and readers to think about the ambivalence of the phenomenon of social strife, which can precede the “civil state” (Hobbes) or result from its collapse, and can be regarded as an internal or an international conflict (depending on the scale of analysis). Every familiar notion becomes problematized when “society” stops being seen as a homogeneous entity with clear borders, and appears in a more realistic light – as a multilayered amalgamation of social networks and communities of solidarities of various sizes. If some of these are confined to a village while others are intercontinental in scale, some are based on common economic interests and others on shared culture, then how do we differentiate a civil war from a world war, and societal disintegration from the implementation of universal trends in a global society? 
Peace and stability, as the opposite of war, are no less puzzling. Do those societies and historical periods that are described as “peaceful” or even “stagnant” find ways to resolve grave conflicts, or do they just “outsource” them beyond the limits of the officially recognized community (overseas or in the gray zones of domestic marginality)? Will the change in the scale of analysis – from the local to the global, and from the global to the microhistorical – help locate the fractures and breaches in the fabrics of states and societies that are camouflaged by the dominant narratives of social cohesion? How does the historical optics that takes into account multiple forms of diversity change our perception of the dynamism and internal conflict of those societies that appear to have achieved a Hobbesian state of peace? Whether it is the “reaction” in imperial Russia between 1907 and 1914, Stalinist “totalitarianism,” or Brezhnevite “stagnation,” how can historians understand these periods as containers of social conflicts articulated not just in political programs but in the production of agency in variegated ways, from national claims on multinational spaces to low-scale civil war? In other words, what appears to be the victory of a particular sociopolitical disposition may equally be seen as an ongoing conflict when viewed through a different set of theoretical lenses. 
These questions and ambivalences are reflected in the journal’s annual theme “Hybrid Conflicts in Diverse Societies: Civil Wars and Global Peace.” Imagining purity:
    
1/2019 Encounters and Disengagements in the Imperial Situation

Macro- and microanalysis of historical encounters, conflicts, and disengagements in an imperial situation that is implicitly or explicitly based on difference and differentiation ● Hegemonic narratives of history and the problem of diversity ● The dialectics of allies and foes in the imperial situation ● Nativist interpretation of history and the history of cultural and political transfers ● Historical memory and the accommodation of past diversity ● The concepts of national minorities, dominant foreign elites, and global migrants ● Modern epistemologies and the problem of difference: Enlightenment universalism, evolutionism, and multiple modernities ● Political mobilizations and political indifference in diverse societies.

2/2019 Civil Wars in Empires and Nations
 

International law and civil wars: disruption of the global order of sovereignties ● Nationalization of space and its contestations under the “old regime” ● World War I as a series of civil wars: the impact of World War I on the colonies of maritime empires ● Point of no return: from imperial revolution and national movements to civil war ● The Russian Civil War and national (Finnish, Ukrainian, Georgian) wars of independence and civil wars: porous boundaries, contested subjectivities ● The Paris Peace Conference and the problem of recognition of newly sovereign states ● Stalin’s order as a civil war ● World War II and the Great Patriotic War as civil wars ● National wars and civil wars in the Post-Soviet world ● Russia’s cultural wars: between Kulturkampf and Cultural Revolution ● The human body as a medium and a battlefield: politics of gender and sexuality.

3/2019 The Social Contract: In Theories and in Practices
 

Historical formats of accommodating diversity in society (empire, federation, confederation, commonwealth) and their future ● Colonialism as a common project ● Writing history of nation-building and empire-building ● Social harmony and class collaboration as a political alternative and utopian goal ● Gender and sexuality as a foundation of social cohesion and an embodiment of social discord ● Pseudo-constitutionalism and imperial practices of co-optation of local elites: the problem of democracy in an imperial setting ● Was the Austro-Hungarian Empire doomed by the constitutional experiment? ● The development of Soviet-bloc welfare states and the politics of disengagement after 1989 ● Projects of united Europe and their political implications ● The world government as a political ideal and urban legend.

4/2019 Adjusting Scale: Global Conflicts – Local Consequences, and Vice Versa
 

Minority as a global concept and political problem ● Overlapping networks: religious, social, linguistic ties and state boundaries ● Scale effect: how a global community becomes a country’s minority ● Local implications and consequences of world wars and global conflicts ● War and the collapse of empires ● Postimperial arrangements: from global to local or a different global? ● The Cold War’s concept of the three worlds revisited ● Roots of contemporary globalism: institutional, political, legal, and cultural ● Roots of contemporary anti-globalism: local reactions to global “threats” ● New globalities (Global South, global consumption) and their discontents ● Multilayered societies: elements of different worlds in a single polity (Russian Empire and the USSR in the first, second, and third worlds) ● Gender identities: between local and global ● Religion as a global network and identity framework ● Global and local in the age of new technologies.

Permanent Sections:
Theory and Methodology History Archive Sociology, Anthropology & Political Science ABC: Empire & Nationalism Studies Newest Mythologies Historiography and Book Reviews.
For subscription please consult our Web site or contact our authorized commercial distributors:
East View Publications, EBSCO, and
OTTO HARRASSOWITZ.

Программа 2019 г.

Download the program
Тема 2019 года:

Гибридные конфликты и гетерогенные общества: гражданская война и глобальный мир



В своем знаменитом “Левиафане”, опубликованном в 1651 г., Томас Гоббс выразил пессимистический взгляд на природу общества: 

"Люди равны от природы. … Из-за равенства проистекает взаимное недоверие. … Из-за взаимного недоверия – война. … Отсюда видно, что, пока люди живут без общей власти, держащей всех их в страхе, они находятся в том состоянии, которое называется войной, и именно в состоянии войны всех против всех. Ибо война есть не только сражение, или военное действие, а промежуток времени, в течение которого явно сказывается воля к борьбе путем сражения. … Подобно тому как понятие сырой погоды заключается не в одном или двух дождях, а в ожидании этого в течение многих дней подряд, точно так же и понятие войны состоит не в происходящих боях, а в явной устремленности к ним в течение всего того времени, пока нет уверенности в противном. Все остальное время есть мир. … "

Гоббсовская вера в фундаментальность войны “всех против всех” не раз оспаривалась социальными мыслителями (начиная с наиболее раннего и известного критика – Джона Локка). Однако до сих пор сохраняет актуальность сама системность его анализа, предполагающая существование структурной взаимосвязи между личными склонностями индивидов и общим состоянием общества. Гоббс также продемонстрировал способ размышления о социальных процессах, не проводящий жесткого разделения между “домашним” и “международным” контекстами – что позволяет изучать гражданскую смуту и войну с иностранцами как аналогичные и часто взаимосвязанные явления. Все это делает удивительно актуальным трактат “Левиафан” почти четырехвековой давности, особенно учитывая склонность современных историков и обществоведов жестко разграничивать непрерывное пространство социальной самоорганизации и дезинтеграции на изолированные области: внутренней и внешней политики, конфликта и сплочения. Речь, конечно, не идет о призыве вернуться к абстрактным обобщениям Гоббса. Скорее, необходимо контекстуализировать и историзировать широкие категории, такие как “люди”, “власть” и подобные им, структурировавшие философскую мысль Гоббса. Более того, эти категории должны обрести такое же многогранное и синкретичное значение, как и понятие “война”, столь глубоко понятое Гоббсом (который писал свой трактат на протяжении десятилетней Гражданской войны в Англии и под ее непосредственным влиянием). 
В 2019 году Ab Imperio приглашает авторов и читателей задуматься об амбивалентности феномена социального конфликта, который может предшествовать “гражданскому состоянию” (Гоббс) или являться следствием его коллапса, восприниматься как внутренний или международный конфликт (в зависимости от масштаба анализа). Любая привычная категория проблематизируется, как только “общество” перестает восприниматься однородным, очерченным четкими границами, и предстает в более реалистичном свете – как многослойное переплетение социальных сетей и разнообразных сообществ солидарности. Если одни из них размером с деревню, а другие – трансконтинентальные по своему масштабу, если одни основаны на общности экономических интересов, а другие – на единой культуре, то можно ли однозначно провести границу между гражданской и мировой войной, между социальной дезинтеграцией и воплощением универсальных тенденций глобального общества? 
Мир и стабильность (как противоположность войне) вызывают не меньше вопросов. Действительно ли общества и исторические эпохи, описываемые как “мирные” или даже “застойные”, находят способ разрешения наиболее серьезных конфликтов, или они просто вытесняют их за пределы официально признаваемого сообщества (в колонии или внутренние “серые зоны” маргинальности)? Поможет ли изменение масштаба анализа – от локального к глобальному, а от глобального к микроисторическому – обнаружить линии раскола и разрывы в социальной ткани государств и обществ, скрытые за господствующими нарративами социального единства? Каким образом историческая оптика, чувствительная к фиксированию множественных проявлений разнообразия, меняет наше представление о динамике внутренних конфликтов в обществах, достигших состояния гоббсовского мира? Как историки могут осмысливать такие периоды (будь то “реакция” после революции 1905 г., сталинский “тоталитаризм” или брежневский “застой”) с точки зрения скрытого внутри них потенциала конфликта, проявляющегося не столько в политических программах, сколько в разнообразии форм активной позиции – в диапазоне от национализма на многонациональном пространстве до “холодной” гражданской войны между социальными группами? Другими словами, то, что воспринимается как победа определенного социально-политического порядка, при смене теоретических “линз” может оказаться продолжающимся конфликтом. 
Эти вопросы и проблемы нашли отражение в годовой теме журнала “Гибридные конфликты и разнородные общества: гражданская война и глобальный мир”.
     
1/2019 Контакты и размежевания в имперской ситуации

Макро- и микроанализ исторических контактов, конфликтов и размежеваний в имперской ситуации, явно или имплицитно связанных с различиями и различением ● Гегемонные исторические нарративы и проблема разнообразия ● Диалектика союзников и врагов в имперской ситуации ● Нативистская интерпретация прошлого и история культурных и политических трансферов ● Историческая память и принятие разнообразия в прошлом ● Концепции национальных меньшинств, доминирующих элит иностранного происхождения и глобальных мигрантов ● Современные эпистемологии и проблема различия: универсализм Просвещения, эволюционизм и множественные модерности ● Политическая мобилизация и политическая индифферентность в гетерогенных обществах ● Проблема границы – территориальная и политическая. 

2/2019 Гражданские войны в империях и нациях
 

Международное право и гражданские войны: нарушение мирового порядка суверенитетов ● Национализация пространства и противостояние ему при “старом режиме” ● Первая мировая война как серия гражданских войн: влияние Первой мировой войны на колонии заморских империй ● Точка невозврата: от имперской революции и национальных движений к гражданской войне ● Российская гражданская война и национальные (финская, украинская, грузинская) войны за независимость и гражданские войны: пористые границы, оспариваемые субъектности ● Парижская мирная конференция 1919 г. и проблема признания новых суверенных государств ● Сталинский порядок как гражданская война ● Вторая мировая война и Великая отечественная война как гражданские войны ● Национальные войны и гражданские войны в постсоветский период ● Российские культурные войны: между Kulturkampf и Культурной революцией ● Человеческое тело как среда взаимодействия и поле боя: политика гендера и сексуальности. 

3/2019 Социальный контракт в теории и на практике  

Исторические формы принятия разнообразия в обществе (империя, федерация, конфедерация, содружество) и их будущее ● Колониализм как общий проект ● Написание истории нациестроительства и построения империи ● Социальная гармония и сотрудничество классов как политическая альтернатива и утопическая цель ● Гендер и сексуальность как основы социального сплочения и воплощение социальной розни ● Псевдоконституционализм и имперские практики кооптации местных элит: проблема демократии в условиях империи ● Была ли Австро-Венгерская империя обречена в результате конституционного эксперимента? ●Развитие социального государства в странах Советского блока и его демонтаж после 1989 г. ● Проекты объединенной Европы и их политическая реализация и следствия ● Мировое правительство как политический идеал и расхожий миф. 

4/2019 Регулировка масштаба: глобальные конфликты – локальные последствия, и наоборот 

Меньшинство как глобальный концепт и политическая проблема ● Взаимоперекрывающиеся сети: религиозные, социальные и языковые узы и государственные границы ● Эффект выбора масштаба: трансграничное сообщество в роли меньшинства в отдельной стране ● Импликации и последствия мировых войн и глобальных конфликтов для локального общества ● Войны и крах империй ● Постимперское устройство: от глобального к локальному – или к иной глобальности? ● Пересмотр концепции “трех миров” времен холодной войны ● Корни современного глобализма: институциональные, политические, юридические и культурные ● Корни современного антиглобализма: местные реакции на глобальные “угрозы” ● Новые “глобальности” (Глобальный Юг, глобальное потребление) и недовольство ими ● Многослойные общества: элементы разных “миров” в одной политической системе (Российская империя и СССР как синтез “первого”, “второго” и “третьего” миров) ● Гендерные идентичности: между локальным и глобальным ● Религия как глобальная сеть и рамка идентичности ● Глобальное и локальное в век новых технологий.

Friday, October 13, 2017

Программа 2018 г.

Download the program
Тема 2018 года:

Переосмысление гибридности и чистых форм в глобальной перспективе


     
1/2018 Гибридность и чистота форм в социально-политическом воображении

Опыт гибридности и представления об однородности: асимметрия практики и дискурса? Осмысление разнообразия и потребность классифицироватьАрхетипы социального порядкаБог, кровь, культура и почва: принципы группности Концепции родственных связей и политика сходства и различияГруппность как конструкт и как реальность: изменчивость и устойчивость группОт мировой революции к пролетарским нациямСоциальный класс и сословие как категории анализа и политической практикиДиалектика однородности и многосоставного: конструирование и классификация разнообразияГлобальная история картографии, статистики и международного праваМеста однородности и гибридности: монастыри и рынки, гетто и мегаполисы, хартленд и фронтир – и кто есть кто? Что внутри у федерации и империи? Искусство как зеркало и поле боя различных вариантов социальной организации“Коренное население”, “титульная нация” и “меньшинства”: история концепций и их применения.

2/2018 Культ чистых форм
 

Воображая чистоту: кто, когда и как? Представление о норме и гармонии в разных обществах разных эпохДеконструкция политики группности в империи и нацииДостижим ли идеал чистой однородности без репрессий? Империи и происхождение геноцидаЧистое зло: тотальная война и конструирование экзистенциального врагаКак очистить душу, тело и сообщество: религиозный фундаментализм, политические и этнические чисткиЧистота идеалов и распространение утопизмаМодернизация и социальная инженерия: все ли проекты по улучшению условий человеческой жизни авторитарны? Модерность как тотальное видениеОриентализм как чистая формаВерховенство закона и многогранность коррупцииСоциальное воображение телесности: медикализация социальной политики и дискурсовРазвитие национального канона в искусствеИдеал национальной экономики.

3/2018 Амбивалентность гибридности
 

Гибридность как повседневный опыт, в прошлом и настоящем Гибридность как химера: угроза недопонимания и дезинтеграции социального порядкаРеализация гибридности: между плюрализмом и дезинтеграциейКвир-теория о феномене гибридностиСекрет поддержания устойчивости гетерогенных обществГибридность и легитимация имперской экспансииПроисхождение “гибридной войны”Биографии “гибридов”Имперские посредники и переводчикиСмешанная экономика и гибридные формы занятости: неклассический экономический анализСмешанные формы землевладенияЮридические коллизии в проектах кодификации права и унификации системы управления в РоссииСценарии “третьего пути” Сложносоставные общества как гибридные политии.

4/2018 Гибридность как история и политика глобальности
 

Гибридность как глобальное будущее: образы постнационального мираПроблема создания политического языка гибридностиГлобальная история как разновидность “тотальной истории”Проекты мирового правительства и фантазии о коварном всемирном заговореПолитическая нация между гибридностью и однородностьюГражданство и гибридностьГлобальный рынок между гибридностью и единообразиемГлобальные проблемы века информацииДиалектика гибридности и чистых форм: национализирующие империи и империалистические национализмыПолитическая экономия конфликта и компромиссаФеномен нового авторитаризма: как открытое общество порождает собственного могильщикаБудущее чистых форм в глобальном мире


Постоянные рубрики:
Теория и методология История Архив Социология, антропология и политология АВС: Исследования империи  и национализма Новейшие мифологии Историография и рецензии.

О получении журнала и доступа к электронной версии пишите на office@abimperio.net

2018 annual program

Download the program
2018 annual theme:

Rethinking Hybridity and Purity in a Global Perspective


     
1/2018 Hybridity and Pure Forms in the Sociopolitical Imagination

Experiencing hybridity and mapping purity: an asymmetry between a practice and a discourse? ● Making sense of diversity: the urge to classify Archetypes of the social order ● God, blood, culture, and soil: the principles of groupness ● Concepts of kinship and the politics of sameness and distinction ● Constructed groupness and ontological groupness: moments of transition and solidification ● From international revolution to proletarian nations ● Social class and legal estate as categories of analysis and political practice ● Dialectics of the homogeneous and the composite: constructing and classifying diversity ● A global history of cartography, statistics, and international law ● Sites of purity and hybridity: monasteries and markets, ghettoes and metropolises, heartlands and frontiers – and which is which? ● What is inside federation and empire? ● Art as the mirror and the battleground of differing social arrangements ● “Autochthonous population,” “titular nation,” and “minority”: the history of concepts and their application.

2/2018 The Cult of Pure Forms
 

Imagining purity: who, when, and how? ● The idea of norm and harmony in different societies at different times ● Deconstructing politics of groupness in empire and nation ● Is the ideal of wholesomeness attainable without repressions? ● Empires and origins of genocides ● A pure evil: the total war and construction of the existential enemy ● How to purify the soul, body, and community: religious fundamentalism, political purges, and ethnic cleansings ● Purity of ideals and the rise of utopia ● Modernization projects and social engineering: are all schemes to improve the human condition authoritarian? ● Modernity as totality ● Orientalism as a pure form ● The rule of law and the many faces of corruption ● Social imaginary of the body: medicalized social policies and discourses ● Developing a national canon in arts ● The ideal of national economy.

3/2018 The Ambiguities of Hybridity
 

Hybridity as daily experience, past and present ● The chimera of the hybrid condition: the problem of miscommunication and disintegration of social order ● Performing hybridity: between pluralism and disintegration ● Queer theory on the hybrid condition ● The secret of stabilizing diverse societies ● Hybridity and the legitimation of imperial expansion ● The origins of “hybrid warfare” ● Biographies of hybrids. Imperial mediators and interpreters ● Hybrid economy and occupations: nonclassical economic analysis ● Mixed forms of land tenure ● Legal conundrums in attempts to codify law and streamline administrative systems in Russia ● Scenarios of the “third path” ● Composite societies as hybrid polities.

4/2018 Hybridity as a Politics and History of Globality
 

Hybridity as a global future: visions of a postnational world ● The problem of creating a political language of hybridity ● Problematizing global history: what version of histoire totale is it? ● Projects of world government and fantasies about evil global conspiracies ● Political nation between hybridity and pure forms ● Citizenship and hybridity ● Global market between hybridity and uniformity ● Global flaws of the information age ● The dialectics of hybridity and pure forms: nationalizing empires and imperialist nationalisms ● The political economy of conflict and compromise ● The phenomenon of new authoritarianism: how an open society produces its own nemesis ● What is the future of purity in the global world?

Permanent Sections:
Theory and Methodology History Archive Sociology, Anthropology & Political Science ABC: Empire & Nationalism Studies Newest Mythologies Historiography and Book Reviews.
For subscription please consult our Web site or contact our authorized commercial distributors: www.amazon.com,
East View Publications, EBSCO, and
OTTO HARRASSOWITZ.

Friday, December 23, 2016

Исторический курс
“Новая имперская история Северной Евразии”
History Course “A New Imperial History of Northern Eurasia”

Под редакцией Ильи Герасимова
Авторы: Илья Герасимов, Марина Могильнер, Сергей Глебов
При участии Александра Семенова

I. Конкурирующие проекты самоорганизации (VII – XVII вв.)



Глава 1. Политическая экология: формирование региона Северной Евразии

Глава 2. Механизмы политической и культурной самоорганизации первых политий Северной Евразии: формирование Рѹськой земли

Глава 3. Консолидация новых политических систем: государственное строительство в Северной Евразии (XI−XIII вв.)

Глава 4. От локального политического пространства к иерархической государственности: взаимодействие и переплетение местных сценариев власти (XIII−XIV вв.)

Глава 5. Новые времена: проблема обоснования суверенитета и его границ в Великом княжестве Московском (XV−XVI вв.)

Глава 6. XVII век: альтернативные сценарии, смутные времена

 II. Балансирование имперской ситуации (XVIII – ХХ вв.)

Глава 7. Долгий XVIII век и становление модернизационной империи

Глава 8. Дилемма стабильности и прогресса: империя и реформы, XIX век

Глава 9. Империя и революция: Революционное движение в имперском обществе до эпохи массовой политики


Глава 10. XX век: империя в эпоху массового общества